Бельдей В.А. «О проблемах либерализма и путях развития общественного устройства в XXI веке»

ФОТО: Уильям Белл Скотт. Железо и уголь, 1856—1860 годы.

Опубликовано: PHILOSOPHIA. 2021. #2 / Фонд содействия технологиям XXI века. – М.: Издатель Воробьёв А.В., 2021. С. 16-35.

Аннотация: В статье дается ретроспектива и современное состояние дискуссии о причинах очередного экономического кризиса, осложненного пандемией, четвертой технологической революцией, переходом к модели цифрового социального управления.
Приведены критические оценки, которые дают современному либеральному капитализму такие общественные организации, как Давосский Мировой экономический форум, Глобальный Совет по инклюзивному капитализму и другие.
Дан обзор предлагаемых способов устранения диспропорций капитализма, таких как концепции «акционерного голосующего капитализма», «инклюзивного капитализма», внедрения ценностей в профессиональные сообщества и технологии.
Проанализированы особенности подходов российской элиты, которая выбирает усиление государства как способ выхода из кризиса. Предложен формат международного диалога, основанного на опыте российского общества, традициях либерализма и коммунизма, готовности к выработке новых принципов Общественного договора и социальной справедливости.

Ключевые слова: Проблемы либерализма, экономический кризис, цифровое социальное управление, Вашингтонский консенсус, кризис капитализма, искусственный интеллект, неравенство, четвертая технологическая революция, инклюзивный капитализм, акционерный капитализм, Давосский форум, технологические ценности, этика капитализма, социальная энтропия, марксизм, анархизм, государственный капитализм, социализм, плановая экономика, математические методы управления, либеральный коммунизм.

Annotation: The article gives the retrospective of modern discussion about the causes of the current economic crisis, complicated by the pandemic, the fourth technological revolution, transition to digital social management model. The assessments to modern capitalism criticism by such public organizations as the Davos World Economic Forum, the Global Council on Inclusive Capitalism and others is given. The proposed ways to eliminate the disproportions of capitalism, such as the concepts of «Stakeholder capitalism», «Inclusive capitalism», the intervention of value standards into the professional communities and technologies are reviewed. The features of the approach of the Russian political elite, which chooses the strengthening of the State as a way out of the crisis, are reviewed. The article also announced for discussion the format of a broad international dialogue based on the experience of the Russian society, its traditions of liberalism and communism and willingness to put forward new principles of Social Contract and social justice.

Keywords: Problems of liberalism, economic crisis, digital social management, Washington Consensus, crisis of capitalism, artificial intelligence, inequality, the fourth technological revolution, inclusive capitalism, shareholder capitalism, stakeholder capitalism, The Davos World Economic Forum, technological values, ethics of capitalism, social entropy, Marxism, planned economy, mathematical methods of management, anarchism, state capitalism, socialism, liberal communism.

От Джона Кейнса
до «Вашингтонского консенсуса»

Одной из особенностей современного периода является довольно напряженная международная общественно-политическая дискуссия о причинах очередного кризиса, осложненного пандемией и переходом к модели цифрового социального управления. Критичную оценку текущего развития со стороны общества активно используют оппозиционные силы, роль которых усиливается во многих странах. Признаки конца новейшей истории капитализма, и отнюдь не в «фукуямовском» смысле, активно обсуждают международные организации, включая мировых регуляторов, другие традиционные центры силы либерально-глобалистской идеологии, которые пытаются приспособиться к кризису, привлекая к дискуссии экономистов, социологов, политологов, идеологов и философов.

Нужно отметить, что за последнее столетие в борьбе классических экономических либералов, неолибералов и их критиков, социалистов, социал-демократов и коммунистов победа несколько раз переходила от одной стороны к другой. Лозунг Великой французской революции «Свобода, равенство, братство» не находится более в центре внимания либерального дискурса, поскольку фундаментальные основы либерализма приобрели иное значение и переместились в финансовую сферу, которая и определяет идеологию социальных и политических институтов общества.

Сегодняшняя ситуация отчасти схожа с потерей веры американской общественности в либерализм во времена Великого краха 1930 года. С этого момента начинается «кейнсианская революция», продлившаяся вплоть до начала 70х годов. Сторонники Джона Кейнса, такие как Луйо Брентано, Лонард Хобхаус, Томас Грин, Джон Дьюи, выступали за более сложное государственное регулирование, в том числе макроэкономического уровня, сглаживающее огрехи капитализма.

Однако, на волне очередного кризиса 1970-х годов в США снова складывается ситуация, способствовавшая реваншу неолиберальной идеологии. В науке этот реванш связан с именами экономистов австрийской, немецкой и американской школы Фридриха фон Хайека, Вальтера Ойкена, Франца Беме, Мюррея Ротбанда, Милтона Фридмана, приверженцами экономического либерализма и чистого капитализма. Эта политика активно поддерживалась администрацией Рональда Рейгана в США и кабинетом Маргарет Тэтчер в Великобритании. Позднее Джозеф Стиглиц, который с 1993 по 2000 год был финансовым консультантом Президента Билла Клинтона, а затем главным экономистом Всемирного банка, выдвигал лозунг: «Приватизация, приватизация, приватизация!».

Несмотря на то, что сам Джон Кейнс был инициатором создания Международного валютного фонда, именно эта организация впоследствии стала оплотом неолиберальной идеологии. Вокруг МВФ к середине 80-х начал создаваться так называемый «Вашингтонский консенсус» — практика, которую инициировали и обосновывали Международный валютный фонд, Мировой банк, Американское казначейство, Федеральная резервная система и ведущие американские либеральные университеты.

Эти ключевые финансовые структуры постепенно стали групповым лоббистом либерального миропорядка, навязывающим в качестве условия финансового сотрудничества структурные корректировки политики государств, конкретные правила валютной и налоговой политики, стимулирующие роль рынка и минимизирующие роль государства в экономике. Они обязывали страны-заемщики приватизировать госпредприятия, сокращать социальные расходы государства, отменять госрегулирование на рынке труда, либерализовать внешнюю торговлю за счет отмены пошлин, отказаться от регулирования курса национальной валюты.

Негативные последствия этой политики в 90-е годы испытали на себе, как страны Латинской Америки, так и государства бывшего социалистического лагеря, включая страны бывшего СССР. Ориентация на «Вашингтонский консенсус» сохраняется в России и на сегодняшний день.

Очередная попытка разрушить неолиберальный лагерь была осуществлена в 2011 году, когда глава МВФ Доминик Стросс-Кан выступил с заявлением, что «Вашингтонский консенсус» с его упрощёнными экономическими представлениями и рецептами рухнул во время кризиса мировой экономики и остался позади, а причиной кризиса 2008–2009 гг. стало именно выполнение правил «Вашингтонского консенсуса». По его словам, «Консенсус» обещал, что отмена госконтроля простимулирует экономический рост. Однако низкая инфляция, высокий экономический рост, слишком свободный и неподконтрольный финансовый рынок не гарантируют никаких позитивных эффектов. Финансовый сектор необходимо облагать налогами, чтобы переложить на него ту часть расходов, которая из-за его же рискованных операций легла на бюджеты государств и, как следствие, на население. Финансовая глобализация, усилила неравенство, и это стало одной из тайных пружин кризиса…. Поэтому в более долгосрочной перспективе устойчивый рост ассоциируется с более справедливым распределением доходов» (Стросс-Кан, 2011). Как известно, эти прогрессивные идеи Стросс-Кана не были поддержаны, а сам он был оперативно и показательно смещен с должности.

Сегодняшний директор-распорядитель Международного валютного фонда и Председатель Европейского центрального банка Кристин Лагард является приверженкой «Вашингтонского консенсуса», основанного на неолиберальной парадигме международной экономики и финансов и сокращении роли государства в экономике. В своей деятельности Лагард исходит из того, что «глобализация будет саморегулироваться, что приведет к снижению неравенства и диспропорций, как глобально, так и в отдельных странах» (Лагард, 2021).

По меткому выражению М.Хазина «Современный либерализм — это не философский термин, это социально-политическая (не экономическая!) идеологическая модель, выстроенная в интересах финансистов… Целью этой модели является такое построение социальных и политических институтов, механизмов и структур, которое минимизирует разрушение власти финансистов на политическом уровне». (В. Хазин, 2020)

Тем не менее, голоса критиков либерализма и современного капитализма нарастают, особенно в части несправедливого распределения доходов, в том числе финансового сектора. Так «Понтифийский Совет по вопросам мира и справедливости» в 2019 году выступил с критической Декларацией о том, что глобализация должна обязательно регулироваться при помощи «игнорируемых правительствами, международных экономических организаций». Другим примером является созданный в 2020 году глобальный «Совет по инклюзивному капитализму при Ватикане», в который вошли представители Ротшильдов, Рокфеллеров и еще 250 крупных финансовых организаций, под управлением которых находится 10,5 триллионов долларов США. Признавая достоинства капитализма, как ведущей производительной силы, Совет заявляет о необходимости изменения его на основе гуманистических ценностей и исправления его существенных недостатков, в том числе, необходимости распределения его дивидендов на значительно большее количество населения. Создаются саморегулируемые международные организации по вопросам внедрения этических ценностных стандартов в разных сферах бизнеса, в том числе сфере искусственного интеллекта, цифровых и электронных систем передачи и хранения данных, например IEEE.

«Мы с удивлением смотрим на процессы, разворачивающиеся в странах, которые привыкли считать себя флагманами прогресса» (В. Путин, Валдай, 2021).

Критика современного капитализма Клауса Шваба

Весьма емкий и целостный ответ дает Клаус Шваб, создатель и руководитель Давосского мирового экономического форума с 1971 года. Своего рода коллективный спикер от лица его участников, он является органичным выразителем идей трансформации современного капитализма.

Ожидаемо, Шваба в России часто воспринимают апологетом существующей модели капитализма, однако это далеко не так. Он не только представляет расширенную критику состояния капиталистического общества, но и предлагает свое видение исправления общественных диспропорций, к которым пришел капитализм сегодня, высказывает свой критичный подход к созданию новой, не существующей еще модели Общественного договора.

Критика существующей системы и проект ее реконструкции даны Швабом в трех взаимосвязанных книгах: «Формирование будущего. 4-я промышленная революция» (2018), «Ковид-19. Великая перезагрузка (2020) и «Капитализм управляющего акционера. Глобальная экономика, которая работает на Прогресс, Человека и Планету» (2021).

Первые две книги выступают своеобразным приговором действующей системе, причину кризиса которой автор видит в несправедливом распределении благ, при котором не учитываются гуманистические ценности.

По мнению Шваба, катализатором этого кризиса выступает переход к Четвертой промышленной революции, особенностью которой является радикальное расширение цифровых возможностей вплоть до перехода к искусственному интеллекту и последующего создания основанных на цифровом проектировании систем нейрофизиотехнологии, генетики, синтетической биологии, виртуальной реальности и транспорта, планирования и автоматического принятия решений, других видов изменения и преобразования человека и окружающей среды, таких, как отказ от поездок, переход под регулирование органами цифрового отслеживания.

Быстрые компьютеры, транзисторы, автономный транспорт, системы распознавания морфологических признаков — все это приводит к ряду инноваций в общественной жизни. Результатом последующей ее реорганизации становятся несколько общественных макрофакторов:

Во-первых, конец разрозненности, увеличение взаимозависимости и начало взаимного проникновения различных социальных систем;

Во-вторых, увеличение скорости и, как следствие, увеличение нетерпеливости и раздражительности системы;

В-третьих, усложнение системы, а значит и увеличение турбулентности, неопределенности, переход к «квантовой политике».

В экономике эти макрофакторы выражаются тем, что экономика в целом может и начинает противоречить общественным интересам, например, интересам общественного здравоохранения, а кризис рынка труда достигает гигантских размеров.

Под предлогом кризиса правительства повсеместно придерживаются современной монетарной теории (MMT), которая позволяет странам бесконтрольно увеличивать денежную массу для непривязанных валют, выпускают вертолетные деньги, что усиливает государственные монополии, поддерживает концентрацию ресурсов в руках государства.

Любые традиционные экономические показатели, включая ВВП в такой ситуации носят фейковый характер, не отражают реальное состояние дел и в экономике, и, тем более, состояние дел в обществе и государстве. По мнению Шваба это ситуация уже привела к очевидности и неизбежности того, что американский доллар рухнет в среднесрочной перспективе, а Китай, в свою очередь, опередит все страны в разработке и реализации технологических решений, в том числе в цифровых валютах и системах электронных платежей.

Социальные отношения разрушаются очевидными диспропорциями в сфере потребления и, как следствие, социальным дистанцированием, что усугубляет психическое нездоровье человека и общества. Причем наибольшие экономические тяготы приходятся на людей с низкими доходами. Увеличивается социальная нестабильность, правительствами прогнозируются социальные волнения.

Утопический социализм Шваба
и новый общественный договор.
Ценности и международные организации.
Ценности и технологии.
Перераспределение полномочий в пользу правительств

Кульминацией всего этого нового состояния общества выступил Ковид-19. Эффект этого кризиса, по мнению Шваба, может сравниться со Второй Мировой войной, после которой человечество вынуждено было начать жизнь во многом по новым правилам.

Пандемия была использована правительствами для того, чтобы переписать правила игры, перераспределить полномочия в свою пользу. Кризис способствовал укреплению государств в части повышения налогов, повышения государственного контроля за экономикой, увеличения финансирования государственного сектора, участию в создании рынков и партнерства с бизнесом.

Одновременно, такая позиция правительства нарушает Общественный договор, как совокупность отношений между людьми и учреждениями. Понятие общественного договора подразумевает добровольный отказ граждан от части своих суверенных прав в пользу государства, которое должно обеспечить их интересы.

Отсюда дополнительное недовольство населения и возможность победы оппозиционных сил, потенциальная возможность восстаний, к которым истеблишмент, проводящий подобную политику, не готов. Новой модели Общественного договора не выработано.

«Свобода. Равенство. Братство»

Основой подхода Шваба к новой модели Общественного договора между гражданами и государством по вопросам правил и принципов государственного управления является идея о принятии ценностного гуманистического подхода, как его основания.

Поскольку основной проблемой общества является разрыв между распределением благ и общечеловеческих ценностей и регулирование негативных последствий этого разрыва, идея нового Общественного договора должна состоять в исправлении этих противоречий через «встраивание ценностей» в систему «по замыслу». Задача при этом не только внедрить ценности в управляющие сообщества, но и внедрить общечеловеческие ценности в технологии.

Наиболее ярким примером уже существующей деятельности международного технологического сообщества в этом направлении является «Глобальная инициатива по этическим соображениям в области искусственного интеллекта и автономных систем». Этот международный проект создавался с 2014 года такими лидерами по внедрению ценностей в технологии, как Международный институт- ассоциация специалистов в области разработки стандартов по радиоэлектронике, электротехнике и аппаратному обеспечению вычислительных систем и сетей (IEEE), существующему с 1963 года в США, Стэнфордским университетом, Дельфтским технологическим университетом, «Открытым обществом по этике в автономных системах и системах искусственного интеллекта» (Oceanis). В этих рамках было выдвинуто множество инициатив, ценностная этическая основа которых вырабатывается самими участниками проекта с привлечением специалистов в сфере гуманитарного права и этики.

Схожие задачи выполняет и Генеральный регламент о регулировании зашиты данных (GDPR), введенное Евросоюзом в 2016. Например, в 2017 году «Uber Technologies» заявлял о краже данных 57 миллионов водителей и пользователей, в июле 2017 года взлом кредитного агентства «Equifax» привел к раскрытию личных данных 143 миллионов человек.

Для противодействия учащающимся взломам системы хранения данных в эпоху глобального распространения «Генеральный регламент» и другие международные стандарты хранения информации внедряют свои ключевые ценностные принципы:

Законность, справедливость и прозрачность, легальные основания при использовании персональных данных;

Ограничение сбора и хранения данных целью, все конкретные задачи должны быть закреплены в политике конфиденциальности;

Минимизация данных — использование минимально необходимого объёма данных для выполнения поставленных целей;

Точность — данные должны быть точными. Нельзя интерпретировать данные, нельзя использовать данные для введения в заблуждение;

Ограничение хранения данных — не хранить данные дольше, чем нужно, периодически проводить аудит данных и удалять неиспользуемые;

Уделять достаточное внимание сохранности данных;

Подотчётность — ответственность за обработку персональных данных и выполнение всех остальных принципов GDPR, включая записи о конфиденциальности, защите, использовании, проверке данных (GDPR, 2016).

Апофеозом этой работы является внедрение Программы этической сертификации автономных систем искусственного интеллекта (ECPAIS), осуществляемую IEEE (Institute of Electrical and Electronics Engineers). Это своего рода попытка создать всемирно признанный контрольный орган, осуществляющий экспертизу и предоставляющий потребителям (гражданам, организациям или правительствам) «общедоступную и прозрачную» оценку степени «безопасности» и «доверенности» множества распространяющихся продуктов, услуг или информационных систем.

В этой важной и полезной деятельности есть базовые недостатки, а именно: относительность этических суждений, выработка их на базе узкого профессионального сообщества, ограниченное участие в этих процессах сильных игроков, в частности, таких технологических гигантов, как Microsoft, Apple, Google и пр., возможность манипулирования результатами экспертной деятельности и пр.

Невозможно также исключить влияние на этот процесс центров силы, включая правительство. Ранее мы уже упоминали о резонном желании «Правительства» использовать кризис для увеличения своего влияния, в том числе, через тотальное цифровое слежение и манипулирование в сети. Еще один пример — в марте 2021 года в Конгрессе США проводились слушания об ограничении распространения вредной для США информации в соцсетях Google, Facebook, Twitter.

Надо отметить, что и сам Мировой экономический форум в Давосе является площадкой, на которой лидеры корпоративного управления, финансового бизнеса, правительств пытаются выработать общие правила игры, инструменты их регулирования и «формирование будущей глобальная экономики, которая работает на Прогресс, Человека и Планету». Официальное заявление Форума в 2021 году содержит утверждение о том, что системное лидерство в современном мире начинается с лидерства в вопросе ценностей.

Впрочем, эта не единственная попытка переписать принципы общественного договора на основе общечеловеческих ценностей. В начале века группа руководителей крупнейших финансовых и промышленных компаний начинает работу по обсуждению и внедрению «инклюзивного капитализма», который должен быть избавлен от избыточного неравенства путем расширения предоставляемых бедным слоям населения и среднему классу социальных и экономических возможностей, причем практика «инклюзивного капитализма» должна быть принята на уровне корпоративного управления.

В 2005 году работа по развитию этой концепции велась британским «Фондом им. Генри Джексона» совместно с «Фондом Линн Форестер де Ротшильд». В 2020 году ими же и еще более 250 руководителями корпораций был создан глобальный «Совет по инклюзивному капитализму» при Ватикане, сопредседателем которого также является Линн Ротшильд. По их собственным официальным оценкам стоимость активов, находящихся под управлением участников (стражей) Совета, составляет 10,5 триллионов долларов, совокупная собственная капитализация достигает 2,1 триллиона долларов, под управлением участников находится около 200 млн. рабочих из 163 стран мира. В 2021 году «Фонд Рокфеллера» совместно с «Фондом Форда» и «Советом по инклюзивному капитализму запустили концепцию «Новый общественный договор между бизнесом, правительством и рабочими».

Безусловно, идея заслуживает внимания, однако нужно отметить некоторую двойственность ситуации, когда основные центры силы капиталистического хозяйства и управления выступают за позитивные социальные изменения под фактически социалистическими лозунгами. Нерыночные цели, заявляемые участниками «Совета по инклюзивному капитализму» противоречат и либеральным принципам свободного рынка и принципам свободной конкуренции. Вместе с тем идеи, заложенные в Манифесте «Совета по инклюзивному капитализму», могут стать со временем некоторым органичным институциональным ограничителем свободного рынка, инициатором введения элементов плановой экономики, основанной на искусственном интеллекте, в сочетании с расширением стартовых социальных гарантий, заложенных в идее инклюзивного капитализма.

В этом же направлении размышляет и Клаус Шваб. Последняя его книга «Акционерный голосующий капитализм (Stakeholder capitalism). Формирование будущей глобальной экономики, которая работает на Прогресс, Человека и Планету» (2021) посвящена выработке подходов к новому Общественному договору.

Шваб усиливает критику современного капитализма с его неравенством, огромными заработками корпоративного менеджмента от краткосрочных колебаний рынка, фальшивой экономической статистикой и показателями деловой эффективности, падением производительности труда, массовой безработицей, ростом долга и варварским отношением к окружающей среде. По его замыслу, нужно создать такую систему общественных отношений, в которой человек будет занимать положение «голосующего акционера», а сферой ответственности бизнеса будет «долгосрочная стратегия по отношению к человеку и планете».

Инновация состоит в том, что Шваб предлагает осуществить этот ценностный переход при помощи сильных ценностно-ориентированных правительств, которые могут побуждать бизнес к отказу от эгоистического поведения. Именно правительства могут принудить бизнес к честному поведению, а именно: полной оплате налогов, сокращению управленческих бонусов, гуманному отношению к человеческому капиталу и окружающей среде.

Таким образом, выбор между «Государственным капитализмом» и «Акционерным голосующим капитализмом» представляется выходом из сегодняшнего кризиса капитализма. Наиболее предпочтительным вариантом представляется переход к государственному капитализму с последующей трансформацией в акционерный голосующий капитализм. Именно правительства в этом случае выступят инициаторами этого перехода. По мнению Шваба, более благоприятные условия для такого перехода могла бы предоставить глобализация, однако, как он сам отмечает, практика показала, что глобализация также способна усилить негативные тенденции существующего капитализма через несправедливое распределение благ между государствами.

Государство — слуга народа и инициатор прогресса. Социальная энтропия.

Владимир Путин озвучил ряд своих идеологических тезисов в рамках Давосского международного экономического форума, а также заседания Валдайского клуба в 2021 году.

Путин делает вывод о том, что «трансформация, свидетелями и участниками которой мы являемся, иного калибра, чем те, что неоднократно случались в истории человечества…. Мы сегодня столкнулись с одновременными системными изменениями по всем направлениям: от усложняющегося геофизического состояния нашей планеты до все более парадоксальных толкований того, что есть сам человек, в чем смысл его существования».

В его критичном анализе существующих проблем капиталистической системы много схожего с анализом Клауса Шваба. Путин считает кризис современного капитализма схожим с кризисом 30-х годов прошлого века. Налицо крах моделей и инструментов экономического развития, не способных более решать проблемы неравенства, бедности, рецессии, массовой безработицы, социальной незащищенности. В качестве примера Путин приводит данные Мирового банка, согласно которым около 21% молодого населения планеты, или 276 миллионов человек, не имеют образования и никогда не работали, а уровень совокупного государственного и частного долга превысил 200% мирового ВВП.

Поскольку рост неравенства приводит к социальной, расовой, национальной нетерпимости, задачу государства он видит в том, чтобы эффективно действовать в сфере обеспечения базовых гарантий человека: право на образование, здравоохранение, обеспечение приемлемых социальных стандартов жизни.

Владимир Путин выражает традиционную идею русской элиты о том, что выход из кризиса для России есть только в сильном государстве: «Эффективно действовать в кризисной ситуации может только дееспособное государство. Сильное государство — базовое условие развития России. Конечно, встает вопрос: а что такое сильное государство, в чем его сила? Разумеется, не в тотальном контроле или жесткости правоохранительных органов, не в вытеснении частной инициативы или ущемлении гражданской активности. Даже не в мощи вооруженных сил и оборонного потенциала… Убежден, что сила государства, прежде всего, в доверии к нему со стороны граждан… Люди являются источником власти, эта формула заключается в готовности граждан делегировать избранной власти широкие полномочия, видеть в ней своих представителей…Причем устроено такое государство может быть как угодно… не имеет значения, как называется политический строй».

Стратегические выводы Путина подтверждают опасения Шваба, который предостерегает от перераспределения полномочий в Общественном договоре в пользу государства, как наиболее привлекательного для правительства способе выхода из кризиса. Конечно, избранная модель государственного капитализма охранительного толка отражает и управленческие стереотипы привычные для сложной и острый перманентный характер внешних угроз.

Сторонник социальной физики, бывший помощник Президента России В.Сурков, полагает, что подобное усиление государства во всех сферах жизни человека вытесняет социальную энтропию в параллельную реальность. Результатом этого становиться массовая деполитизация общества, когда население и общественные группы стремятся организовывать свою жизнедеятельность не против государства, а «параллельно, не пересекаясь с государством», максимально от него дистанцируясь. Эта практика не угрожает государству, но «оставляет истеблишмент наедине с собой… Энтропия имеет свойство нарастать именно в замкнутых, закрытых системах. Идеология молчания тем и неприятна, что не структурирована, темна и бессвязна. Если (пусть и нескоро) приходит ее время, она тупо обрушивается на существующий порядок вещей, не формулируя внятных целей» (В. Сурков, 2021). Непосредственное применение второго положения термодинамики к анализу общественных процессов и к вопросу управления человеком должно учитывать сложность и многомерность любой социальной системы, однако в этих выводах есть видение критических точек создаваемой политической системы.

Даже Клаус Шваб полагает возможным путь усиления государства только, как наиболее эффективный способ перехода к «голосующему акционерному» или «инклюзивному» капитализму. Даже Михаил Бакунин полагал целесообразным укрепление государства в период военных угроз, однако идеал общественного устройства у Бакунина не связан с идеей государственности: «Патриотизм, стремящийся к единству помимо свободы, — это плохой патриотизм. Он всегда причиняет вред интересам народа и подлинным интересам страны, которой хочет служить» (М. Бакунин, 1867).

Очевидно, что Россия сегодня, как и сто лет назад, является слабым звеном империализма, а ее элита не готова корректировать Общественный договор отвечая на вызовы времени, тем более, что, по ее представлениям, в обществе накоплена социальная динамика стабильности на длительный период.

Для получения стратегического видения перспективного общественного устройства необходимо развитие творческих научных и общественно-политических сил, способных его сформулировать. В противном случае, государство будет скатываться к тотальному контролю, вытеснению частной инициативы и ущемлению гражданской активности.

От Гумбольдта до Кропоткина.
Лидерство в современном мире в вопросах ценностей

Вильгельм фон Гумбольдт в своей работе «О пределах государственной деятельности» обосновывает необходимость автономии общества от государства» (В. Гумбольдт, 1792). «Много раз уже спорили между собой авторитеты по государственному праву о том, что должно иметь ввиду государство — одну ли безопасность граждан или вообще все физические блага нации? Те, которым особенно дорога была свобода частной жизни, преимущественно утверждали первое; тогда как те, кто придерживался естественной мысли, что государство может обеспечить более, нежели одну только безопасность, и что хотя злоупотребления в ограничении свободы граждан и возможны, но не необходимы, утверждали второе». Гумбольдт в своем великолепном эссе представляет значительно более сложную стратегию взаимодействия государства и общества, при котором государственное управление должно быть направлено и одновременно ограничено обеспечением свободной частной жизни, ибо «настоящая цель человека — целостное его развитие и реализация его сил и способностей».

Именно реализацией этого более сложного взаимоотношения государства и народа стала грандиозная реформа образования, которая разработана и осуществлена Гумбольдтом. Цель реформы — создание свободой творческой личности, воспитание критического мышления и пробуждение высших стремлений, раскрытие талантов. Осуществлен этот грандиозный проект через внедрение государственного управления образованием, перевод учебных заведений в государственное ведение, введение государственных программ, единых учебных планов и стандартов. Таким образом именно государство явилось проводником либеральной модели, то есть своим же ограничителем.

В момент формирования современного либерализма представители российских общественных движений, критически относившихся к роли правительства в жизни государства, либерал-революционеры, либерал-консерваторы, анархисты и социал-демократы и другие социалисты активно участвовали в дискуссиях мирового политического социума.

На первом Конгрессе «Международной лиги мира и свободы», состоявшейся в 1867 году в Женеве по инициативе Михаила Бакунина, одного из создателей «Первого коммунистического интернационала», была принята резолюция, в которой было заявлено, что в основе организации общества должна лежать мораль, основывающаяся на идее социальной справедливости.

Михаилом Бакуниным предложена идея создания Соединенных штатов Европы. Развивая идеи Бакунина Владимир Ленин в своей работе «О лозунге Соединенных штатов Европы» пишет: «Справедливое международное распределение общественного продукта, а также изменение существующего общественного порядка, т.е. капитализма, не может быть осуществлено без перехода к Соединенным штатам Мира» (В. Ленин, 1915).

В это же время князь Петр Кропоткин создает свою «Этику», к которой обосновывает необходимость ограничения роли правительств и переходу к вариантам самоуправления, прямой демократии, закладывает основы видения либерального коммунизма.

Кропоткин основывает свою философскую этику на законах солидарности, взаимопомощи и поддержки, исторические основания для которых в России он видит в опыте самоуправления крестьянских и сельских общин, выработавших механизмы решения многочисленных общих вопросов быта в тяжелых для хозяйства условиях совместно через общину. «Вся история цивилизации связана с борьбой двух течений: императорского и федералистского; традиции власти и свободы, государства и общества» (П. Кропоткин, 1904).

Идеальное мироустройство для Кропоткина — это вольный федеративный союз самоуправляющихся единиц всех уровней, объединенных Общественным договором. Многие идеи либерального коммунизма Кропоткина сегодня повторяют сторонники инклюзивного капитализма.

Россия — страна с глубокими традициями общественно-политической и научно-политической мысли и колоссальным общественным опытом. Русская цивилизация прошла сложный путь в рамках самоидентификации и становления собственной цивилизационной парадигмы в сложных условиях хозяйствования и напряженном взаимодействии различных национальных и региональных укладов.

Уникален опыт построения социалистического планового хозяйства, рекордными были темпы и масштаб мобилизационной индустриализации. Недооценен опыт планового внедрения математических моделей управления в экономику, позволяющий преодолеть диспропорции социального развития. Важен и опыт реакции общества на появление новых социальных диспропорций, приведших к обратной контрреволюционной трансформации.

Весь этот багаж еще не был по-настоящему оценен и переосмыслен обществом. Опыт планового хозяйства особенно востребован с появлением быстродействующих вычислительных систем и искусственного интеллекта, позволяющих осуществить революционные изменения экономической и социальной парадигмы развития.

Системное лидерство в современном мире начинается с лидерства в вопросе ценностей. Более совершенное мировое общественное устройство, модель нового Общественного договора, привлекательные политико-экономические и социокультурные общественные идеи требуют широкого международного обсуждения. Россия готова представить московские стандарты нового справедливого общественного порядка.

Литература

  1. Джон Кейнс. Общая теория занятости, процента и денег. М.: АСТ, 2021.
  2. Фридрих фон Хайек. Индивидуализм и экономический порядок. М.: Социум, 2021.
  3. Шваб К. Формирование будущего. 4-я промышленная революция. М., 2021.
  4. Фридман М. Капитализм и свобода. М.: Новое издательство, 2021.
  5. Schwab K. COVID-19: The Great Reset. Geneva: Forum Publishing, 2020.
  6. Schwab K. Stakeholder Capitalism: A Global Economy that Works for Progress, People and Planet. Geneva: Forum Publishing, 2021.
  7. Strauss-Kahn Dominique. Qui! Lettre ouverte aux enfants d’Europeto // Kindle. Frenche Edition, 2011.
  8. Каушик Басу. По ту сторону невидимой руки. М.: ИИГ, 2014.
  9. Митио Каку. Будущее человечества. М.: Альпина, 2019.
  10. К.Маркс, Ф.Энгельс. Немецкая идеология. М.: ИПЛ, 1988
  11. Lagard Christine. Addressing Corruption Openly. A Book of Essays. Washinhton DC, IMF, 2016.
  12. Кропоткин П. Этика. М., 1991.
  13. Кропоткин П. Хлеб и воля. Современная наука и анархия. М., 1990.
  14. Бакунин М. Философия. Социология. Политика. М., 1989.
  15. Ленин В. Империализм, как высшая стадия капитализма. М.: АСТ, 2020.
  16. Гумбольдт В. О пределах государственной деятельности. М.: Социум, 2009.
  17. Regulation (EU) 2016/679 of the European Parliament and of the Council of 27 April 2016 on the protection of natural persons with regard to the processing of personal data and on the free movement of such data.
  18. Directive 95/46/EC (General Data Protection Regulation) Official Journal of the EU. 4.5.2016.
  19. Lynn Forester de Rothschild. Why we Need a New Kind of Capitalism. Future of Economic Progress // weforum.org.
  20. Council on Inclusive Capitalism. Statement of Guiding Principles. // www.inclusivecapitalism.com.
  21. Путин В. Выступление на Давосском мировом экономическом форуме // www.vesti.ru/article/2515983.
  22. Путин В. Выступление на Валдайском Форуме // tass.ru/politika/
    9789887.
  23. Сурков В. Куда делся хаос. Распаковка стабильности // echo.msk.ru.
  24. Хазин М. Воспоминания о будущем. Идеи современной экономики. М.: Рипол, 2021.

Об авторе: Бельдей Вячеслав Анатольевич родился в 1969 году в г. Ленинграде. Окончил философский факультет СПбГУ (1993), Высшую школа государственной службы им. Роберта Ф. Вагнера Нью-Йоркского университета (мастер наук, 1995), кандидат философских наук (1997). В 1997–2003 годах занимал должности государственной службы в правительстве Российской Федерации. С 2004 года возглавлял подразделения международного сотрудничества, руководил государственным и корпоративным бизнесом. В настоящее время является руководителем Фонда содействия евразийской интеграции, который занимается организацией международного общественно-политического диалога.

About the author: Viacheslav Anatolievich Belday was born in 1969 in Leningrad, Soviet Union. Graduated from the Philosophy Faculty of St. Petersburg State University (1993); MSM, MPA of The Robert F. Wagner Graduate School of Public Administration of New York University (1995), PhD in Philosophy in St.Petersburg University (1997). In 1997-2003 he occupied the civil service positions in the Government of the Russian Federation. Since 2004, headed the state and corporate businesses. Currently, he is the General Director of The Foundation for Promotion of Eurasian Integration, which organizes broad international socio-political dialogue.